Маленькие квартиры и «бабушкин стиль»: тренды в дизайне томских и российских интерьеров

Что происходит на рынке недвижимости, почему в современные интерьеры перекочевали советские элементы и как сделать ремонт без европейских поставщиков?

Об этом и о трендах в сфере дизайна жилья, ресторанов и офисов мы поговорили с представителями томской архитектурной студии «АРХНУВО».

Большая квартира больше не является обязательным признаком высокого класса жилья. Даже в дорогих жилых комплексах значительную долю предложения составляют студии, однокомнатные и компактные двухкомнатные квартиры. Причина не только в стоимости покупки, отмечают эксперты. Небольшую квартиру проще отремонтировать, а затем при необходимости быстрее продать или обменять. Жильё всё чаще воспринимается не как приобретение на всю жизнь, а как один из этапов.

— Сегодня даже в жилых комплексах высокого класса очень много студий и однокомнатных квартир. Если посмотрите сетку продаж, вы увидите, что жильё высокого класса — Питер, Москва, Красноярск, Екатеринбург — это всё малогабаритные квартиры. Стиль жизни, понимание поменялись: людям нужно более маневренное жильё, которое быстрее купить, быстрее продать, быстрее и дешевле отремонтировать. Если раньше все кричали «однокомнатная квартира — это жильё для бедных!», то теперь это не так. Это теперь жильё для всех, — считает руководитель студии Василий Рыбаков.

Уменьшение площади квартир влияет на их планировку. Делить небольшое пространство множеством перегородок невыгодно: комнаты становятся тесными, а использовать их сложнее. Поэтому кухня всё чаще объединяется с гостиной, а функциональные зоны отделяют друг от друга мебелью, светом и декоративными решениями. По опыту руководителя направления домашнего дизайна компании Наталии Еньшиной, этого хотят большинство клиентов.

— В небольшом пространстве делать множество маленьких комнат тяжело: оно начинает восприниматься как набор клетушек. Поэтому пространство проще оставить открытым и зонировать внутри. По моему опыту, около 80% клиентов, которым доставалась квартира с отдельными кухней и комнатой, просили их объединить, — рассказывает Наталия Еньшина.

Рост стоимости ремонта привел к еще одному оформившемуся запросу: получить готовое жильё и включить его стоимость в ипотеку. По мнению представителей студии, привычная схема, когда покупатель получает квартиру с предчистовой отделкой, а затем начинает новый ремонт, приводит к дополнительным расходам. Сейчас в «АРХНУВО» думают предложить томским застройщикам варианты пакетов отделки для разных квартир.

— Было бы идеально, конечно, делать такие квартиры, которые можно сразу с хорошим ремонтом купить. Мы хотим развивать формат предложений для жилых комплексов, внедрять тему именно с продажей квартир под ключ уже с ремонтом. И сделать демо-квартиру, чтобы человек заранее видел, что получит в итоге, мог в ипотеку взять квартиру с этим ремонтом, — рассказывает Наталия Еньшина.

Для ресторанов и кафе интерьер перестал быть просто фоном. Обстановка теперь — часть первого впечатления ещё до того, как гость попробовал кухню. А знакомство происходит через фото и видео в соцсетях. Но одного эффектного дизайна для успеха недостаточно. По мнению Василия Рыбакова, интерьер работает только в комплексе.

— Сегодня соцсети изменяют границы узнаваемости: меню, атмосфера и интерьер как фундамент всего этого во многом определяют, придут посетители или нет. Конечно, если у нас есть только красивая картинка, но нет сервиса, вкуса и какой-то новизны, всё рассыплется как карточный домик. Интерьер работает, когда он дополнен всеми остальными составляющими хорошего заведения, это всегда привлекает внимание, — считает Рыбаков.

В кафе, барах и других общественных пространствах появляются советские ковры, пузатые телевизоры и другие приметы интерьеров второй половины XX века. То, что ещё недавно воспринималось как безнадёжно устаревшее, на наших глазах превращается в узнаваемый визуальный язык.

— Уже сформировались определённые признаки стиля, такие как советская мебель, ковры, «стенки» и так далее. Когда-то эта обстановка была для нас привычной, мы ничего другого не видели. Потом всё стало меняться, оно казалось старым, а теперь перешло в разряд классики, эпохи и определённой атмосферы. Соответственно, появился интерес не только у ностальгирующей аудитории, которая в этом жила, но и у той аудитории, которая видела это только на картинках или у прабабушек-прадедушек, — рассказывает Василий Рыбаков.

Возвращение к прошлому не означает буквального восстановления квартиры из 1980-х. Молодые дизайнеры скорее используют знакомую геометрию, материалы и формы как исходный материал, после чего адаптируют их к современному интерьеру. Источником вдохновения может оказаться практически что угодно:

— Недавно я слушала дизайнера, который работает с панелями Orac — это панели из полиуретана, и он рассказывал, как он вдохновлялся советскими бетонными заборами, с геометрическими формами. Он переработал эту геометрию, перенёс её на современные панели, покрасил их современными красками, и получилось очень свежо, — рассказывает Наталия Еньшина.

Резкий рост цен заставил дизайнеров и заказчиков пересмотреть отношение к дорогим материалам. В результате даже в проектах бизнес-класса дизайнеры чаще ищут более доступные альтернативы.

— За последние три-пять лет (за исключением каких-то люксовых проектов) в квартирах везде отказались от дорогих материалов. Потому что они стали не просто дорогими, они стали космически дорогими. Например, комплект хорошей кухни для коттеджа сегодня может обойтись в 3,5–4 млн рублей, тогда как несколько лет назад можно было вложить почти вдвое меньше. Топовые материалы подорожали в два, а некоторые — в три раза. Всё, что заказное, Италия — оно улетело просто в космические дали, — говорит Василий Рыбаков.

Полностью перейти на российских производителей после сокращения европейских поставок не получилось. В домашнем интерьере разделение проходит по типу мебели: встроенные шкафы, кухни и другие индивидуальные конструкции выгодно заказывать у местных производителей, а отдельно стоящую мебель всё чаще привозят из Китая и Турции. Причина — масштаб производства. В этих странах существуют огромные мебельные центры, способные предложить ассортимент, с которым небольшим российским фабрикам конкурировать трудно.

— Корпусную мебель — кухни, встроенные шкафы, индивидуальные конструкции — мы чаще заказываем у местных производителей. В Томске они вполне хорошо справляются, здесь хорошее соотношение цены и качества. А с отдельно стоящей мебелью границ практически нет: сейчас многое заказывают из Китая, существуют даже специальные мебельные туры, — объясняет Наталия Еньшина.

Если в массовом производстве российским компаниям сложно соперничать с китайскими или турецкими предприятиями, то у нишевых отечественных брендов дела идут успешнее. Стратегия по выпуску необычных предметов небольшими сериями оправдывает себя — продукцию покупают не из-за низкой цены, а из-за оригинального дизайна.

— Китайцы берут объёмами. Понятно, да, это их сильная сторона. Но сильная сторона россиян в том, что люди не унывают и продолжают искать очень узкие ниши, в которые не заходит массовый производитель. Делают светильники, интерьерную мебель, столы, стулья — то, что неинтересно широкой публике, но интересно людям со вкусом, пониманием, бэкграундом, — отмечает Василий Рыбаков.

Сибирский климат формирует собственный набор интерьерных решений. Помимо привычных кондиционеров с функцией обогрева и тёплых полов, греющий кабель сегодня закладывают в стены, откосы и даже мебель. Такие системы используют как локальный источник тепла в самых разных помещениях.

— Тёплый пол называют тёплым полом, но на самом деле его можно устанавливать куда угодно для того, чтобы обогревать те или иные поверхности, — рассказывает Василий Рыбаков. — Мы сейчас делаем проекты пятизвёздочных гостиниц в Сочи, Москве: там используются тёплые стены вместо полотенцесушителей, чтобы полотенца и халаты сушить. Я дома сделал себе в шкафу в прихожей одну секцию шкафа с тёплой стеной для того, чтобы можно было в мокрую погоду влажную одежду повесить, включить, и в шкафу всё это будет подогреваться и сохнуть. Это не какие-то космические деньги. Достаточно правильно уложенного греющего кабеля и терморегулятора.

В крупных коммерческих проектах меняется не только внешний вид интерьеров, но и сам принцип их проектирования. На смену обычным комплектам чертежей приходит BIM — информационная модель, в которой здание собирается в цифровом виде вместе с отделкой, инженерными системами и другими элементами. Такая модель позволяет точно рассчитать количество материалов и фактически связывает проектирование со стройкой: из неё получают рабочие чертежи и данные для закупок. По словам Василия Рыбакова, сегодня высокая технологичность становится одним из главных трендов в работе над крупными общественными интерьерами.

— Архитектурные интерьеры переходят в среду BIM-проектирования. Оно предполагает полное повторение всего, что мы видим: стекло, различные элементы — это не просто чертежи, это объёмная информационная модель. BIM — это Building Information Modeling — программы, позволяющие сделать не просто чертежи, а фактически в цифровом виде показать всё здание с коммуникациями, электронной проводкой и так далее — в 3D. И не как с чертежа мы считаем: длина кабеля такая-то, пол такой-то… Это информационная модель, она в автоматическом режиме выгружает данные о том, сколько материалов необходимо использовать в абсолютной точности, — рассказывает Василий Рыбаков.

Еще один тренд в архитектурном проектировании, окончательно закрепившийся после пандемии — дистанционная работа. Сегодня студия из Томска может вести объект в Москве, Ханты-Мансийске или другом регионе, а производитель мебели — поставлять свою продукцию за тысячи километров. Особенно заметно это в коммерческом сегменте, где подрядчиков зачастую выбирают на тендере. Поэтому решающим становится не место производства, а качество, цена и возможность организовать логистику.

Эксперты:

Архитектурная студия «АРХНУВО» работает с 2008 года и занимается тремя основными направлениями: строительным проектированием, коммерческим и домашним дизайном. Компания разрабатывает проекты зданий и сооружений, общественных пространств, фасадов и интерьеров, а также сопровождает их реализацию.

Большая часть проектов студии находится за пределами Томска: география работ — от Калининграда до Владивостока. Среди крупных проектов последних лет интерьеры «Кванториума» в Новом Уренгое площадью около 6 тыс. кв. метров, работа над архитектурными интерьерами медицинского центра в СберСити в Москве и проекты пятизвёздочных гостиниц в Москве и Сочи.

В Томске специалисты «АРХНУВО» работали над общественными пространствами ЖК «Белозерский» и «1604», проектировали офисы и коммерческие интерьеры, занимались реконструкцией фасадов. Среди реализованных объектов представители студии называют Make Love Pizza в «Лампочке», бизнес-центр «Фрегат», магазин «Ярче» на пересечении Красноармейской и Усова и другие проекты.

Текст: Юлия Усачева, Егор Хворенков

Подписывайтесь на наш телеграм-канал «Томский Обзор».