Квартира №1 на Белинского. Как томский стрит-фотограф восстанавливает историю в деревянном доме

АВТОР

Катерина Кайгородова

Томский фотограф и путешественник Сергей Медведчиков купил квартиру недалеко от Горсада — в деревянном доме №17а по улице Белинского. В процессе ремонта под гипсокартоном и штукатуркой обнаружилась старинная дверь, а на стенах — обои, наклеенные самыми первыми жильцами более ста лет назад.

Сергей подробно рассказал «Томскому Обзору» об интересных находках, а также о том, как он планирует использовать квартиру в историческом центре города после ремонта.

Когда у стрит-фотографа Сергея Медведчикова появилась возможность купить квартиру, у него не было сомнений, что это будет деревянный дом в центре города.

— Наверное, это генетическая память, — рассуждает Сергей. — Мои предки приехали в Томск еще в начале XIX века. Родители провели в деревянных домах свою молодость, а до них в таких же жили мои деды, прадеды и прапрадеды. Даже теща в детстве жила совсем рядом, в нескольких домах отсюда, тоже на Белинского. А в соседней роскошной усадьбе Станислава Хомича, когда в послевоенное время в ней находился Дом ребенка, много лет работала медицинской сестрой моя бабушка. Поэтому, когда появилась возможность купить жилье в этом районе, я сразу за нее ухватился.

Вопрос сохранения томского деревянного зодчества для Сергея принципиальный: он говорит, что с удовольствием взял бы под реставрацию и «дом за рубль», если были бы финансовые возможности. Восстановить хотя бы одну квартиру — более посильная задача.

— Я как фотограф и организатор фотопутешествий по своей работе посетил много стран и городов, и всегда обращал внимание на то, чем дышит тот или иной город, как он выглядит со стороны, — рассказал Медведчиков. — Во многих городах мира есть деревянная застройка, и это не только всем известные Рига, Тронхейм, Стамбул, Тбилиси, но и, например, город Джорджтаун на острове Пенанг в Малайзии — там есть кварталы деревянных домов викторианского периода. Азия не очень-то бережет свою историю, и говорили, что эти дома в начале 2000-х годов тоже могли снести, но их взяла под защиту ЮНЕСКО. Томск я считаю одним из главных городов на карте мира по богатству деревянной застройки. Да, есть много прекрасных примеров деревянной архитектуры в Иркутске, в Вологде, в Архангельске, в Самаре и в других городах России. Но, несмотря на многолетнее уничтожение деревянного наследия, у нас в Томске сохранилось наибольшее количество стилей. И, несомненно, эту уникальность необходимо беречь.

Квартиру искали около месяца, смотрели разные варианты. Основные критерии, кроме возраста и материала дома — центральный район, хорошие соседи, приличное состояние жилья, стоимость, ну и, конечно же, все удобства в квартире, ведь использовать ее планируется в том числе для приема гостей из других городов и стран. Остальные предложения по разным причинам не подходили. Например, хорошая квартира продавалась в восстановленном деревянном доме по ул. Дзержинского, 10. Но там не было возможности законным путем перенести коммуникации в квартиру: туалет хоть и индивидуальный, но идти в него нужно через общий коридор. Где-то не было горячей воды, только бойлер, где-то дом не подсоединен к городской канализации, а используется общедомовой септик. И только на Белинского все сошлось: идеальный район, хорошие бытовые условия, и адекватная цена.

Вопрос о жилье у Медведчикова не стоял, не надо завтра же перевозить вещи и заселяться. Поэтому было время с толком и расстановкой заняться ремонтом.

Сергей и его знакомый Валерий, который переехал в Томск из Новосибирска, пока ремонтируют квартиру самостоятельно. После реставрации дома в 2007 году здесь был простенький ремонт: стены в гипсокартоне, который съел часть жилого пространства, лепнину скрывал подвесной потолок, одно из окон было заменено на пластиковое.

Первым делом мужчины сняли потолок и частично разобрали гипсокартон. И под современными наслоениями начала проявляться квартира в первоначальном виде, со своей историей и загадками.

Этот дом был построен в 1898 году для сотрудников Томского Императорского университета. Здесь было всего 4 огромные квартиры. После революции каждую квартиру поделили, теперь их стало намного больше.

Конкретно в этой квартире, как рассказала прожившая здесь 45 лет соседка, жила «музыкантша», она, возможно, выступала в университетской капелле. В большой комнате, по воспоминаниям, была гостиная с роялем, а в маленькой жила пожилая женщина, скорее всего, прислуга или старенькая няня хозяйки.

— Видите, в большой комнате на потолке лепнина, а в маленькой ничего такого нет. Это говорит о том, что назначение у комнат было разное: одна — господская, другая — людская, — считает Валерий, помощник Сергея.

Где-то за гипсокартоном прячется дверь в спальню хозяйки. Она давным-давно заколочена, те комнаты отошли другим людям и сейчас относятся к соседней квартире.

А еще одну дверь, ведущую от входа напрямую в гостиную, мужчины неожиданно обнаружили в процессе демонтажа. Раньше в большую комнату можно было пройти только через узкий боковой коридор, по совместительству служивший кухней. Это было странно и нелогично. Сняв несколько слоев штукатурки и отодрав доски, они увидели высокую двустворчатую дверь из сосновой плахи.

Дверь достаточно простая, но на полотне видны декоративные элементы с волнистым краем, отсылающие к модерну. А вверху, как было принято в то время, расположено световое окно для освещения прихожей (как в хрущевках между ванной и кухней). Оно было закрыто стеклом, а может быть, даже витражом.

Щеколды и петли для замка, скорее всего, были вделаны уже в советское время, когда появилась необходимость закрывать комнату от соседей. Видна даже скоба для засова, который вряд ли мог возникнуть на дверях музыкальной гостиной.

— Стены заштукатурены глиной, здесь не известковый раствор, — рассказывает Валерий. — А сверху были наклеены обои 1898 года, представляете? Дальше была набита дранка, заштукатурена глиной с соломой, а со штукатурки мы снимали газету «Сибирская жизнь» за 1913 год. Поверх газеты — обои. Вероятно, штукатурка была положена уже во время второго ремонта, который был сделан, как нам кажется, еще до революции, ведь вряд ли кто-то хранил газеты так долго.

Потолок и верх стен по периметру обрамляла лепнина. Частично она сколота — постарались ремонтники, крепившие гипсокартон, — но в целом неплохо сохранилась. Сергей и Валерий планируют очистить лепнину от слоев краски и максимально сохранить, но не восстанавливать там, где она утрачена: это поможет сохранить аутентичность и создать атмосферу старины.

Еще под гипсокартоном обнаружились печи. Их в зале две, но топились они из других помещений: одна — из «людской», другая — из коридора. Эти печи имели внутренние каналы, по которым распространялся горячий воздух и обогревал квартиру.

Сохранились металлические решетки, закрывавшие продыхи. Печное отопление сохранялось долго: в топке нашли несгоревшую страницу советского журнала второй половины XX века.

Рядом с домом по Белинского, 17а, где расположена квартира Сергея Медведчикова, по адресу Герцена, 11 находится его близнец. Известно, что в нем жил знаменитый архитектор Константин Лыгин.

У домов не только декоративные элементы одинаковые, но и планировка квартир, и расположение печей. Но построены они не в одно время, как можно было бы подумать, а с разницей в 8 лет: год постройки дома по Герцена — 1906-й. А во дворе прячется еще один небольшой дом на 4 квартиры, в похожем стиле, но построенный по другому проекту. Интересно, что у этого дома нет общего подъезда: в каждую квартиру, в том числе на втором этаже, сделан свой вход с улицы.

— Этот дом — самый старый в усадьбе, построен он в 1893 году, — говорит Медведчиков. — А рядом есть кирпичный «дом-невидимка», на который вообще не удалось найти документов. Есть ощущение, что это — часть полуразрушенного здания, которую заселяют люди. Мне говорили, что там конюшня была. Также по Герцена, 9 находится дом-красавец в стиле эклектика. А Никита Кирсанов рассказал, что на территории гимназии №6 был еще один дом, входящий в эту усадьбу, но он, к большому сожалению, утрачен в 2011 году, сейчас там футбольное поле.

Дом по Герцена в 2019 году покрасили, а до близнеца руки не дошли, хотя деньги на это выделялись. Почему так произошло — разобраться пока не удалось. Дом требует и некоторых мелких работ: поправить водосточные трубы, закрыть чердак — но в целом после капитального ремонта в 2007 году он находится в хорошем состоянии.

Сколько времени и денег уйдет на ремонт квартиры — Сергей пока не загадывает. Но знает, что ему хотелось бы разместить здесь, когда все будет закончено:

— Я собираюсь сделать здесь что-то вроде арт-апартаментов. Они будут называться «Квартира №1 на Белинского». Хочу, чтобы люди разных творческих направлений проводили здесь какие-то мероприятия, например, выставки, мастер-классы и так далее. С другой стороны, это должна быть жилая квартира, чтобы люди, которые приедут в Томск с культурно-познавательными целями, могли бы сюда заселиться. Скорее всего, часть времени я сам буду проживать здесь со своей семьей.

Пока, из-за пандемии коронавируса, основная работа у Сергея Медведчикова «на паузе» (он зарабатывает, в основном, организацией и проведением фототуров в разных точках России и в других странах), он может много времени уделять ремонту.

— Мы здесь и рабочие, и реставраторы, и уборщики мусора, — смеется он. — Мы не привлекаем пока никаких строителей, и это, может быть к лучшему. Если бы я нанял рабочих сломать стену, вряд ли бы они задумались, обнаружив в ней старинную дверь. Выбросили бы, да и дело с концом.

В дальнейшем, конечно, Сергей планирует привлекать специалистов: по потолкам, по окнам, по дверям. Кстати, выяснилось, что в Томске непросто так сразу найти мастеров, которые могли бы изготовить красивые оконные рамы для исторического дома. Поиск и составление базы таких специалистов также могло бы стать одним из направлений, интересных Сергею Медведчикову.

— Возможно, это позволит другим людям смелее браться за восстановление деревянных домов в Томске, — считает он.

Подписывайтесь на наш телеграм-канал «Томский Обзор».