18+
18+
Креативные индустрии, Творческая мастерская «АБ»: «Для создания своих работ используем всякий хлам!» Творческая мастерская «АБ»: «Для создания своих работ используем всякий хлам!»

Творческая мастерская «АБ»: «Для создания своих работ используем всякий хлам!»

Олег Антух и Сергей Бычков, представляющие вместе «ядро» творческой мастерской с лаконичным названием «АБ», как никто другой умеют воплощать свои причудливые фантазии в настоящие произведения искусства. И появляются на свет сублиматор, превращающий неприятности в приятности, герой поговорок «Конь в пальто», серия «Рожденные ползать не сдаются» и прочие забавные, наполненные юмором и глубоким смыслом вещи.

В мастерской «АБ» очень уютно и безумно интересно: бесчисленное множество инструментов для работы с деревом и не только, аккуратно расставленные банки с гайками, пуговицами, заклепками и даже бижутерией, баллончики с лаками и красками, но главное - декоративные панно из дерева, кожи, стекла и металла, появляющиеся на свет в результате кропотливой работы, которые сложно не захотеть потрогать руками.

О любви к дереву, особенностях совместного творчества, отношению к выставкам обладатели потрясающего чувства юмора Олег и Сергей и рассказали «Томскому Обзору».

 

А началось все с...

 

Для Сергея Бычкова все началось с художественной школы. Сам он вырос в Стрежевом и часто болел ангиной. Никакого интернета тогда, конечно и в помине не было, и простуженный школьник развлекался тем, что переводил на кальку рисунки из журнала «Веселые картинки». Получалось хорошо. В художественную школу Сергей поступил без проблем, и когда окончил ее, а также восьмилетку, то решил поступать в училище. В 15 лет уехал в Красноярск и поступил в художественное училище им. Сурикова – чтобы встретиться там с НЕЮ - резьбой по дереву.

- Учился я так себе, мне не очень нравилось рисовать, - вспоминает Сергей. – А потом у нас начался предмет под названием «Производственное обучение». И когда мы стали изучать резьбу по дереву, я безумно этим заинтересовался, выпросил у преподавателя на выходные книжку, ночью, сам не понимая, зачем, перерисовывал картинки, переписывал тексты.

Получив по предмету «пятерку», Сергей тогда еще не понял, что именно резьба по дереву станет для него главным занятием в жизни. Он окончил учебу, устроился преподавать в художественную школу, пока однажды в 1991 году совершенно случайно не заметил в газете объявление: «Набор резчиков по дереву». До экзаменов оставалось пару дней, но в ПТУ № 20 он поступил и выучился за год.

В чем же главная прелесть резьбы по дереву, передать словами, по мнению Сергея, трудно:

- Это как любовь, это нельзя объяснить логически. С годами, правда, бурное увлечение уже прошло. Теперь думаешь: «Это просто материал, ничего такого в нем нет», а раньше именно дерево вызывало удивительные эмоции, не глина и не металл… Но в любом случае, если тебе кажется, что ты нашел то, чему можно посвятить свою жизнь, это ставит тебя в непростую ситуацию. Тебе не приходится ходить на работу, как на каторгу, зато, когда ты всерьез увлекаешься чем-то, то живешь этим с утра до вечера, домой приходишь только ночевать. Обычный человек окружает себя хобби, интересами - дожить до пятницы, охота, рыбалка, компьютерные игры… А ты погружаешься полностью в один проект, потом мучительно ждешь, когда придумаешь следующий. Мне неясно, что лучше - найти свое призвание или вести нормальную, предсказуемую жизнь?

Правда, возможность реализовать свое призвание появилась ни сразу. Несколько лет Сергей не мог найти работу по специальности. Случалось за это время разное:

- У меня был кружок, где занимались мальчишки из средней школы, но мне пришлось уволиться: один товарищ на уроке воткнул себе в грудь стамеску, - рассказывает Сергей. – Он начал резать «на себя», чего делать нельзя, я категорически запрещал это своим ученикам. Он испугался и скрыл от меня, что порезался. Отправился в туалет, вытащил стамеску, забрызгал все кровью, началась паника. Ко мне прибежали другие ребята, вызвали «скорую», врач заявил, что порез неглубокий и опасности нет. Но меня вызвали к директору, устроили разнос, и я понял: надо увольняться. Тем более, что многое в школе мне не нравились – до сих пор с ужасом вспоминаю педсоветы и многочисленные отчеты.

В это время Олег Антух осваивал азы резьбы по дереву в художественной школе в Корнилово.

- В детстве все мальчишки любят строгать, делать сабли, на уроках труда мастерят скворечники, разделочные доски и скалки, - говорит Олег. – У нас в художественной школе был замечательный преподаватель, который увлекался резьбой по дереву. Мы занимались на уроках композицией, а он сидел все время в углу и что-то вырезал. Нас завораживало, как из простого куска дерева вдруг рождается фигурка. Тогда я и заинтересовался этим делом, он предложил мне попробовать, я начал вырезать, получилось, мне понравилось… А дерево - это благодарный материал, теплый, приятный на ощупь, и столько всего из него можно сделать! Мы сейчас обычно работаем с сибирским кедром, иногда для разнообразия сочетаем его с орехом, грушей, буком, Но основа – это кедр, он самый подходящий материал.

 

Мастерская

 

Встретились два будущих основателя творческой мастерской «АБ» в 1999 году, в компании, специализировавшейся на создании интерьеров. Условия на работе были хорошие, да и в годы после дефолта мало кто бы решился уйти в свободное плавание, так что художники не задумывались о собственном проекте.

- Каждый год я сидел «на чемоданах», меня тянуло на волю, но то зарплату поднимут, то еще что-то удерживало. Так продолжалось до 2008 года, - поясняет Сергей. - Тогда и Олег, который прежде был «якорем», выступал за стабильную работу, дозрел до ухода, превратился в «пропеллер» и сказал «Давай попробуем!». Так мы стали мастерской «АБ», и уже 5 лет умудряемся делать то, что хочется, и на это жить, хотя о каком-то богатстве речи не идет.

Организовать работу в своей мастерской, признаются художники, отладить удалось:

- Правил мы не придерживаемся, но обычно все складывается так: я «буйный», поэтому и направление нашей деятельности на мне, - объясняет Сергей. А Олег - он более стабильный, сдержанный человек, если бы не он, наша мастерская давно бы развалилась. На нем все хлопоты об организации выставок, скоростная резьба на время, поддержание конституционного порядка в мастерской. Еще у нас в «АБ» есть два так называемых «младших научных сотрудника» – Василий Жевлаков и Тарас Мавродонти. Вася работает с металлом и занимается шлифовкой резьбы. Тарас режет дерево, колбасу и правду.

Вопреки классическому мифу о неуживчивости творческих личностей, Сергей и Олег за 5 лет жизни мастерской поссорились всего пару раз, и то по несвязанным с творчеством причинам.

- Мы как батарейка, где плюс и минус дополняют друг друга, вместе становятся энергоемким элементом, - считает Олег. – Думаю, в творчестве мы нашли друг друга, ссоримся крайне редко, нам обоим нравится, чем мы занимаемся и у нас большие планы на будущее.

 

Скульптуры и выставки

 

Обычно мастерская «АБ» одновременно занимается созданием трех-четырех работ. Одна скульптура рождается примерно за два месяца, хотя над некоторыми приходится трудиться даже и по полгода. Спешить в таком искусстве нельзя: глаз «замыливается», когда мастер видит работу изо дня в день, в итоге он перестает замечать некоторые нюансы, а дерево ошибок не прощает, это не пластилин и ни глина, «долепить» позже ничего не получится. При долгой, кропотливой работе помощь коллеги очень кстати:

- Психологически тяжело долго заниматься одной скульптурой, - объясняет Олег. – Но иногда работу надо сделать в жесткие сроки, и отвлекаться от нее нельзя. Тогда очень удобно, что мы можем «подхватить» друг друга. Мы за столько лет уже приноровились к манере друг друга, и техника у нас одинаковая, в этом наш плюс.

Что же еще кроме дерева используют «АБ» для создания новых работ?

- Всякий хлам! – иронизирует Сергей. – Свою технику мы «подсмотрели» у графика Джеймса Кристенсена, только сделали объемной, перенесли на дерево, и несколько упростили. Для своих первых произведений мы скупали всевозможную бижутерию: бусы, брошки… Ходили по женским отделам вдвоем, искали нужные украшения. Одна продавщица удивленно заметила: «Какие странные мужчины пошли!». Позже, когда перешли на стимпанк, стали покупать более брутальные вещи: отправились в гаражи за металлоломом, в магазины за акриловой краской. Сегодня мы используем латунь, медь, сантехнические приборы, детали от машин, трубки, болтики…

Специального названия для своей техники в мастерской не придумывают и никакого четкого определения стилю не дают:

- Я не слежу за мировыми тенденциями, во время учебы вообще проспал всю историю искусств, - признается Сергей. – Современные веяния меня не интересуют, я отношусь к ним легкомысленно.

- Пожалуй, у нас смешанная техника и объем, молодежь смотрит на наши работы и говорит: это же 3D картины! – полагает Олег.

Фантазии создателей объемных картин сложно не позавидовать. Вот символ самодостаточности человек-оркестр, буквальное воплощение метафоричного определения:

А серия «Рожденные ползать не сдаются» предполагают простейшую деревянную форму как основу, и механические приспособления, с помощью которых эти обделенные всеми умениями существа все же достигают того, чего хотят:

Вот огромное и живущее своей жизнью «Механическое Ухо» – это начало нового проекта, связанного с усовершенствованными частями тела:

Некоторые из работ «АБ» томичи имели возможность видеть этой весной, когда в Краеведческом музее проходила выставка с кратким, но разжигающим любопытство названием «Картины 3D».

- Мне неловко за него, - признается Сергей. – Наша прошлая выставка называлась «Панноптикум». Вот это было прекрасное название, его подсказала моя жена. Во-первых, мы представляли наши панно. Во-вторых паноптикум - это собрание необычных вещей… А назвать экспозицию «Картины 3D» нам посоветовал заезжий арт-менеджер. Он уверял, что такое определение привлечет много зрителей. Но маркетинговый ход себя не оправдал, на организацию выставки и ее рекламу мы потратили больше, чем потом заработали. Больше таких названий, мы, наверное, использовать не будем.

Мартовский кот. Это скульптура-пуфик о том, как опасны коты весной. Кожаные ремни с трудом сдерживают напор животных эмоций и противоречивых желаний. Дисциплина против основного инстинкта.

Бывший интеллигентный человек

Сергей замечает, что в принципе непросто переносит выставки:

- Особенно мне сложно даются их открытия - на последней я спрятался за колонной, чтобы меня не видели. На подобных мероприятиях чувствую себя кротом, которого вытащили из норки на яркий свет. А когда кто-то из посетителей трогает наши работы руками, то у меня начинается аритмия! Особенно если речь идет о детях. У них пальцы гибкие, они умудряются отковырять мелкие детали так, что мы потом не можем поправить.

Передвижная нефтедобывающая станция (из серии «Высокие технологии бытовыми средствами»). При помощи обычного велосипедного насоса и вспомогательной силовой установки, нефть собирается в накопительной части станции. Через расширительный бачок и выхлопной клапан удаляются все ненужные примеси, а благодаря иллюминатору, потребитель может, что называется, своими глазами оценить качество предлагаемого продукта и, используя кран, набрать ведро-другое отборной чистой нефти для своих нужд.

У Олега же своя точка зрения:

- Все-таки выставка – это духовный и моральный подъем. Нам интересно услышать мнения зрителей о наших работах, нравятся ли они тем, для кого мы, собственно, их и создаем. Критики в наш адрес я еще не слышал, а советы бывают полезными. По-моему, выставки нужны художникам. Хочется показать работы и друзьям, родным. Одно время все наши произведения раскупались, и нас спрашивали: «Чем вы вообще занимаетесь? Покажите». Фотографии это не то, поэтому мы решили собирать коллекцию и показывать ее на выставках, тем более, что в такой технике, как мы, никто не работает, направление новое и интересное.

В планах у творческой мастерской - продолжать оживлять свои скульптуры, возможно, даже озвучить их.

- У наших произведений всегда пытаются что-то пошевелить, потрогать, подвигать, - замечает Олег. – Вот мы и думаем, что можно развить эту идею.

 

Текст: Мария Симонова

Фото: Роман Сусленко

Тэги/темы: