Вера Флегонтова, Арт-галерея Облсовпрофа: Томское изобразительное искусство переживает тяжелый кризис

Здесь почти каждый день бывает много людей - это, пожалуй, самое посещаемое место в Томске. Галерея занимает холл первого этажа Облсовпрофа. И это один самых долговременных томских галерейных проектов.

Хозяйка галереи - Вера Флегонтова.

Расскажите, как вы начинали?

- Мы - первая первой частная галерея в Томске. В этом году нам исполнилось 20 лет. Когда мы открылись, это был фурор, взрыв! Стало возможным бесплатно прийти и посмотреть на картину, стало возможным купить. Галерея – это не музей, где нельзя трогать руками, фотографировать. У нас была полная свобода. Мы делали те выставки, которые были запрещены в музеях. Худсовет там резал все работы с привкусом авангарда или какие-нибудь откровенно обнаженные модели. Потом стали появляться новые галереи, появился выбор – куда пойти.

А как вы отбираете работы для галереи?

- Я слушаю наших зрителей и покупателей, и, понятно, что реализм преобладает в предпочтениях большинства. Поэтому при отборе работ мы ориентируемся на классическое искусство. Мы непременно должны думать о том, чтобы наши доходы и расходы срослись. У нас много налогов плюс аренда и зарплата сотрудникам. Если нет средств, с нами просто распрощаются. Бывают очень тяжелые периоды, особенно последние годы, когда просто нет продаж. Когда я перекормила зрителя реализмом, я поняла, что все меньше вижу здесь интересные лица.

Но и сами любопытные работы приводят сюда новых покупателей. Бывает и такое – приходит семейная пара. Муж видит хорошую работу, а она категорически против. Он настаивает. Проходит год, они снова приходят, и она говорит: «Я в восторге от этой картины. Больше не хочу фотоискусство. Хочу вот такой образ. Он каждый день предлагает мне что-то новое в зависимости от настроения и освещения».

Есть ли помощь галереям от государства?

- К нашей галерее со стороны властей нет никакой помощи. В лучшем случае – они что-нибудь купят. Помогать художникам, галереям – этой установки сейчас совершенно нет. Во времена Егора Лигачева было совсем другое отношение. Он сам ходил по мастерским, смотрел на новые работы, приходил на открытия выставок и очень тщательно просматривал картины, он приглашал в Томск художников, давал им мастерские, он был заинтересован.

Художники свами охотно сотрудничают?

- Сейчас мы, конечно, выживаем, но очень сложно, поскольку отношение к искусству изменилось. Художники сегодня живут впроголодь. Кто-то умеет себя раскрутить, но большинство перебивается. И тут вопрос качества не стоит. Художник прогибается перед покупателем. Он пишет на продажу, а не для души. Потому есть даже тиражирование. Сюжет нравится покупателям – ощущается, что нет эмоции в картине, художник пишет на поток. А это страшно – он становится подмастерьем. Это печальный процесс. Потом вернуться к творчеству практически невозможно.

Когда художник пишет и думает о продажах – картина обречена на неуспех. Неслучайно уровень наших областных выставок сильно упал. В томском изобразительном искусстве сегодня кризис, очень тяжелый. Сегодня даже мастерские город пытается отобрать, если это первый этаж и в центре города - были и такие случаи.

А как вы находите авторов?

- Мы стараемся собирать работы со всего региона. Берем машину и едем – на Алтай, Кемерово, Новосибирск, Красноярск, Иркустк, Братск. Знакомимся там с художниками, договариваемся о выставках. серди друзей галереи есть художники из Барнаула, например, Денис Октябрь и его сестра Евгения, есть Алексей Цурцумия из Кемерова – на них обращают особое внимание. Конечно, вкусовые предпочтения покупателей диктуют нам стиль и направление. Иногда я бы и рада была привезти какого-нибудь интересного художника, но я должная очень сильно вложиться в организацию выставки, и если она пройдет в нулевом эффекте, стоит ли это делать. Так что - идем на поводу у зрителя. Когда есть ощущение, что грядут какие-то кризисные времена, у людей интерес к искусству резко падает, им становится важнее выжить. Вообще любые социальные потрясения сильно влияют на процесс приобретения картин.

Текст, фото: Маша Хромова