18+
18+
Краеведение, Фотофонд, исторические фото томск фотофонд токм краеведческий музей интерьеры советский период 50-е дома кварт Фотофонд. Томские интерьеры. Часть 2: середина ХХ века

Фотофонд. Томские интерьеры. Часть 2: середина ХХ века

Спецпроект
Фотофонд
Совместный проект интернет-издания Томский Обзор и Томского областного краеведческого музея им. М. Б. Шатилова.

В одном из прошлых выпусков «Фотофонда» мы рассматривали фотографии интерьеров дореволюционной эпохи. Но в музее хранятся и снимки более позднего периода, изучать которые не менее интересно.

Сегодня нам в этом помогает Зоя Игнатенко, старший научный сотрудник научно-исследовательского отдела Томского областного краеведческого музея.

1950-е годы в нашей стране — это время особенное во многих отношениях. Очень живо общее «победное» настроение, наследство мая 1945-го года. В стране ведется активное промышленное и гражданское строительство, чтобы восстановить разрушенную войной инфраструктуру. Еще в 1930-х годах сформировалась особая ветвь советского неоклассицизма, получившая расхожее наименование «сталинский ампир», который был наиболее заметен в архитектуре и декоре общественных зданий, но сказался и на оформлении интерьеров жилых пространств. За вычетом военного времени с его тяготами, в послевоенные годы стилевая тенденция была продолжена.

В 50-е годы люди в основной массе жили не очень богато, что не способствовало гонке за модой, особенно в области обустройства и меблировки жилья. Скорее можно сказать, что в советских квартирах «донашивалась» мебель довоенного времени, часть из которой могла быть еще дореволюционной. Появлялись и какие-то новые предметы мебели, которые внедрялись в уже сложившийся комплект вещей. Но это не бросается в глаза при взгляде на интерьеры, в силу близости стиля довоенных 1930-х и послевоенных 1950-х.

Конец 1940-х - начало 1950-х годов отметился очень важной особенностью: интенсивным использованием самых разнообразных текстильных изделий в оформлении жилища — ковров, тканых или рисованных, салфеток, накомодников, чехлов для мягкой мебели, частым украшением которых становится ручная вышивка.

Часть домашнего интерьера. 1950–60-е гг.
Фото: из фондов ТОКМ

Скорее всего, в кадре — городская квартира средних (или чуть выше) по уровню обеспеченности граждан. Первое, что бросается в глаза — это «сложносочинённый» диван с высокой спинкой, с пристроенными боковыми шкафчиками и верхней полкой. Диван, судя по его фундаментальности, качеству декора (витражные вставки в дверцах бокового шкафчика и декоративное витражное панно над спинкой дивана), мог быть еще дореволюционного производства. В советское время производством мебели занимались местные производственные артели, для которых такая тонкая работа была, пожалуй, слишком сложна. Но принцип такого диванного комплекса с «высокоспинным» диваном, шкафами и полками, был принят населением «на ура» и подобного типа мягкая мебель стала производиться достаточно массово, хотя и в упрощённом варианте.

Диван и его боковые перильца покрыты вышитым покрывалом и чехлами; на верхней полке и в шкафчиках разложены вышитые в технике «ришелье» салфетки; салфетками покрыты высокие подставки для домашних цветов в больших горшках. Слева видим край круглого стола (мегапопулярный предмет мебели в 1950-е годы), покрытый тяжелой плюшевой скатертью. Вышитые подушки на диване, вышитый «триптих» с растительными и птичьими мотивами, установленный над диваном, вышитая вставка в дверце левого шкафчика, видимо, взамен утраченного витража, наконец, ковер на полу — весь этот домашний текстиль создает узнаваемый и довольно типичный интерьер 1950-х годов, хотя он мог задержаться в домах горожан и дольше.

В этой комнате, которая служит гостиной и рабочим кабинетом одновременно, у окна стоит рабочий стол с настольной лампой с мраморной (или под мрамор) подставкой; здесь же — несколько хорошего качества стульев-кресел. Еще одна особенность именно советского интерьера: в простенке между диваном и трюмо в правом углу вывешен на всеобщее обозрение наградной вымпел. Качество съемки не позволяет рассмотреть, кто и за что отмечен этой наградой, но просматриваемый профиль В.И. Ленина подразумевает, что это награда за какие-то успехи «в социалистическом строительстве».

«За столом». 1950–60-е гг.
Фото: из фондов ТОКМ

На этом снимке в кадре мы видим и владельцев жилплощади, интерьер которой рассматриваем. Немолодые мужчина и женщина, скорее всего, супруги за какой-то нехитрой трапезой. Трапеза не носит «официального» характера: нет гостей, угощение ограничивается выпечкой и неким напитком в бутылке, о котором мы не можем составить представления, потому что бутылка не повернута к нам этикеткой. Стаканы на столе разномастные, в том числе классический граненый стакан. Пачка папирос тоже присутствует среди вещей на столе; время «борьбы за здоровый образ жизни» еще не наступило, в кино этого периода часто курят даже самые наиположительнейшие персонажи.

Кроме стола, из числа значимых элементов интерьера на фотографии присутствуют диван и буфет. Диван с высокой спинкой, типичный для эпохи 1930-1950-х гг. представлен более простым вариантом, чем на предыдущем снимке. Вверху диванной спинки есть только небольшое зеркало и полочка, на которой выставлены «те самые» слоники в количестве пять штук, символ для кого домашнего уюта, а для кого — мещанства. Зато у этого дивана есть боковые мягкие валики. У них была очень важная функция: откидываясь в стороны, валики увеличивали длину небольшого, в общем-то, дивана, после чего он становился полноценным спальным местом, что в условиях стесненности в жилой площади было явным преимуществом. Эта комната тоже полифункциональна — и гостиная, и спальня, судя по металлической кровати, стоящей в углу.

Буфет, в котором хранится посуда, выглядит очень просто. Это, скорее всего, производство какой-либо местной артели или индивидуального мастера, как говорится, «без особых претензий». И в этом интерьере мы обнаружим то же «царство» домашнего текстиля: салфетки, покрытие на диван со сплошной вышивкой по всей поверхности, ажурная отделка подзора на кровати — важная часть тогдашнего представления об уюте.

Мальчик в детском манеже. 1940–50-е гг.
Фото: из фондов ТОКМ

Следующее фото предоставляет нам возможность заглянуть в детскую. Здесь наше внимание (кроме самого героя, ради которого велась съемка), обращает на себя манеж, в котором сидит ребенок, детская кроватка и ряд интересных вещей, свойственных первому послевоенному десятилетию. То, что сам детский манежик — самодельный — несомненно. Простые деревянные рамы оплетены сеткой из толстого шпагата, рамы связаны между собой веревками. Все это просто поставлено на пол, застеленный ткаными дорожками. Такие дорожки изготавливались из «отходов» домашнего швейного «производства», поэтому были широко распространены. Детская кроватка тоже производит впечатление самодельной, при изготовлении которой в ход пошли детали самой разной мебели. Но сетка на кроватке сделана теми же руками, что и сетка манежика.

В детской комнате просто обязаны быть игрушки, и они там есть! Два плюшевых медведя, многочисленные мячики, тряпичный заяц и еще много мелких игрушек-погремушек. Под кроватью стоит обязательный элемент детской комнаты — ночной горшок.

В углу комнаты мы видим нечто, покрытое байковым одеялом и еще каким-то покрывалом. Возможно, это стол, комод, но может оказаться и сохранившейся большой печью в деревянном доме. В те годы центральное отопление было прерогативой очень небольшого числа зданий в центре города или в новостройках. Дома деревянной застройки в Томске и тогда, и еще долгие годы после, имели печное отопление.

Девочка на диване. 1950-е гг.
Фото: из фондов ТОКМ

Если приглядеться, у ребенка на коленях лежит не очень толстая книжка, которую девочка читала, когда ее попросили попозировать перед фотокамерой. И в целом помещение создает впечатление, что его обитатели не чужды интеллектуальному труду и отдыху с книгой в руках. Стеллаж с книгами, большое удобное кресло в матерчатом чехле и диван, покрытый ковром с ковровыми подушками, а также бра на стене создают все удобства для чтения. У девочки на фотографии очень серьезное выражение лица. Интересно, что за книжку она читает?

Следующие три фотографии мы будем рассматривать вместе, потому что нетрудно догадаться, что на них представлено одно и то же помещение, только снятое с трех точек зрения. Камера двигалась слева направо. Поэтому начнем с фотографии «Собака в кресле».

Собака в кресле. 1950-е гг.
Фото: из фондов ТОКМ

Четвероногий друг возлежит в кресле с кожаной обивкой, с интересной и тщательной обработкой деревянных деталей: резных ножек и деталей подлокотников. Чтобы любимцу было еще уютнее, на кресло постелено одеяльце. За креслом виден покрытый вышивкой комод, который и является главным свидетелем того, что это одно и то же помещение.

В этой комнате обращает на себя одна особенность: стена слева облицована керамической плиткой, что в те годы не является типичным решением для жилых помещений.

Памятный уголок. 1950-е гг.
Фото: из фондов ТОКМ

При повороте направо камера фокусируется на верхней части комода с вышитым накомодником, уставленным вазами с букетами цветов. Над комодом мы видим целую галерею разных изображений в рамках, развешанных по стене.

Изображения эти разного типа, и по сюжету, и по исполнению. В центре в широких рамках, скорее всего, находятся фотографии родных или друзей. А вот слева представлены совсем другие сюжеты, хотя они вывешены вместе с семейными снимками. Это репродукция картины Васнецова «Три богатыря» (вполне может быть вышивкой) и два портрета. Верхний портрет попал в кадр не полностью, поэтому не расшифровывается (Виссарион Белинский?), а вот персона на нижнем портрете определяется легко — это Климент Аркадьевич Тимирязев, выдающийся деятель российской и советской сельскохозяйственной науки. Это тоже может быть вышивка. Такие портретные вышивки деятелей советской культуры и науки, советского руководства, получив распространение ещё в 1930-х годах, и в послевоенный период бытовали ещё немало лет.

Кошка на диване. 1950-е гг.
Фото: из фондов ТОКМ

Третья в нашем «триптихе» фотография. Ухоженная кошечка сидит на поверхности, может быть, дивана, а может быть кровати с вышитыми подушками, у которой на спинки надеты матерчатые чехлы. Тканый ковер на стене и такой же на кровати (опять это изобилие домашнего текстиля) создает ощущение, что перед нами диван.

Вообще, наличие животных в этом доме, которые ухожены и обласканы хозяевами, обилие цветов и даже портрет Тимирязева на стене намекают, что обитатели этого жилья были неравнодушны к живой природе, даже если не занимались ее изучением на профессиональной основе.

Камалдинов Фарах Гимдеевич и его связной Шукуров с пионерами читают письма от однополчан. 21.02.85.
Фото: из фондов ТОКМ

Из ряда фотографий, сделанных в 50-е годы, выпадает только один снимок, датированный 1985 годом.
На нем запечатлен довольно интересный сюжет. Группа детей — в кадре четверо мальчиков — пришли в гости к ветерану Великой Отечественной войны Фараху Гимдеевичу Камалдинову. Ветеран и его однополчанин рассказывают пионерам о войне и читают письма от своих фронтовых друзей. В советское время такие встречи ветеранов со школьниками происходили на регулярной основе, иногда ветераны приходили в школы на классные часы, а иногда пионеры навещали ветеранов. Во время такого визита, когда дети пришли поздравить солдат советской армии с праздником 23 февраля, была сделана и наша фотография.

Сюжет сильно «перебивает» тему интерьеров, но все же на некоторые черты личности ветерана войны указывает именно мебель. Ф.Г. Камалдинов, вообще-то, даже не рядовой ветеран, а Герой Советского Союза; но человеком он был, вероятно, скромным. Из чего можно сделать такое умозаключение? В поздние советские годы ветераны войны имели немало льгот, предоставленных государством, в том числе и в обеспечении дефицитными товарами. А сервант, который виден на заднем плане, представляет собой поколение мебели, мода на которую родилась в 1960-х годах, а пик популярности пришелся на начало 1970-х. Такие невысокие серванты, книжные шкафы на высоких ножках, созданные в характерном минималистическом стиле, как нельзя лучше подходившем для малогабаритных квартир хрущевского времени. Для середины 1980-х годов такая мебель была уже некоторым анахронизмом. Хозяева не гнались за модой, хотя , скорее всего, имели такую возможность.


Текст: Зоя Игнатенко, с.н.с. ТОКМ

Иллюстративный ряд проекта — фотографии из фондов Томского областного краеведческого музея. Это ценное и информативное собрание, формирование которого началось с первых лет существования музея. Сегодня оно насчитывает порядка 40 000 музейных предметов. Разноплановые и разноформатные изображения позволяют увидеть, почувствовать, стать частью повседневной жизни и значимых событий из истории Томска, Томской губернии, Томской области, Сибири, начиная с конца XIX столетия по настоящее время.

Тэги/темы: