Liberty.Su. Сергей Медведчиков: "Жизнь на чемоданах"
Сергей Медведчиков, фотограф-документалист, осознанно и постоянно занимается проведением фототуров в течение 5 лет, которые с января 2013 года будут проходить на базе образовательного проекта Liberty.SU.
В своем интервью Сергей попытался найти консенсус между коммерцией и образованием; постарался объяснить, почему Россия не популярна для проведения фототуров; высказал идею, в чем заключаются два основных «инстинкта» фотолюбителя. И недоуменно ответил вопросом на вопрос, почему же фотографы стекаются в Москву как в центр мира.
Фототуры — образование или коммерция? Или коммерческое образование? Чем практически твой статус как руководителя группы отличается от статуса рядового участника?
- Это выездное фотографическое образование на платной основе (смеется). Фототур для меня — это в первую очередь моя работа, мое дело. Если не относиться к ней, как к бизнесу, то клиенты меня не поймут: будут искать подвох. И я бы лукавил, если бы говорил, что для меня в этой работе более значим сам факт поездки. Если бы не наездился, я бы, возможно, поехал в невыгодный с коммерческой точки зрения тур, а сейчас я не поеду с фототуром бесплатно даже туда, где я ещё не был и где очень хотелось бы побывать.
Что касается статуса, то здесь нужно сказать об организационных моментах. Сейчас я работаю не только как преподаватель по найму, приглашенный вести туры: я стал самостоятельно их организовывать. Если убрать организационные и преподавательские моменты, во всем остальном я абсолютно равен остальным участникам фототура.
Насколько давно и насколько успешно ты занимаешься такого рода деятельностью?
- В общей сложности, я вожу группы пять лет. Но первые годы выезды носили лишь эпизодический, нерегулярный характер. Ездил иногда со «своими» людьми (выпускниками своего курса «travel–фотография», например). Последние два года я занимаюсь этой деятельностью осознанно и постоянно.
По поводу успешности. Я не могу сказать, что именно здесь является абсолютным критерием успешности. Все ли туры набирались? Нет, не все: их штук 20 в год стояло в расписании последнее время. Набирал бы все – практически не появлялся бы в России и жил бы только в гостиницах и самолётах. Если оценивать с точки зрения впечатлений участников от работы и результата, то впечатления всегда были положительными. А значит, я считаю, они проведены качественно. В этой работе я постоянно совершенствуюсь, а участники группы меня постоянно поддерживают и иногда направляют. И я очень благодарен им за это.
Надежда Чуствина. Поэтесса и рукодельница. Прожила очень сложную жизнь, вследствие чего начались проблемы со здоровьем. Лишний вес. Сейчас очень редко появляется на публике. Новый Васюган. Томская область. Россия. 2009г.
Почему большинство туров в весьма экзотические страны и практически нет по России? Россия — не экзотическая страна для россиян?
- Тоже часто задаю себе этот вопрос. Россия, особенно Сибирь и её восточные рубежи, весьма интересна для большинства людей из Москвы и других городов европейской части страны. Делаю этот вывод из личных бесед с потенциальными клиентами. Многие хотели бы побывать на Алтае и Камчатке, в Тыве и Якутии, но их всё время что-то останавливает.
Что является непреодолимой преградой? Я вижу несколько причин. Одна из них — непомерная стоимость внутренних перелётов и цены на услуги в местах пребывания. Особенно в сезон отпусков. Ведь не секрет, что поездка практически в любую европейскую страну для фототуриста или дешевле, или равна стоимости, например, поездки на Байкал. И тут чаша весов в большинстве случаев склоняется не в сторону внутреннего туризма.
Кого-то отпугивает сервис, хотя надо сказать, что инфраструктура во многих регионах уже давно на уровне. Кто-то находится во власти стереотипа «к нам москвичам, чем дальше от Москвы, тем хуже отношение».
Да-да. Мне приходилось сталкиваться и с подобными утверждениями. Ещё одна тема— это то, что многие российские граждане, выезжая на отдых, хотят максимально отстраниться от привычной среды обитания. И отдыхом для них является только та поездка, которая переносит их в совершенно другую реальность, в незнакомую культуру. Люди хотят отдохнуть именно от своей страны. Но это проблема из области психологии, одна из особенностей российского менталитета.
Фототуры являются коммерческим мероприятием, я ориентируюсь на спрос. С учётом его формирую и направления. Если со временем будет много желающих путешествовать по России, то я только порадуюсь этому. И не всё здесь так плачевно, как может показаться. Стабильно набираются группы на Байкал. И я планирую и в дальнейшем ездить в этот благодатный с фотографической точки зрения регион. Есть в моём расписании фототуры в Тыву и на Алтай.
Сулейман гора. Пожилые женщины скатываются по отполированному каменному жёлобу. Спуск на спине вниз по нему должен избавить человека от плотских грехов, угнездившихся в пояснице. Ош. Кыргызстан. 2008г.
В бывших республиках СССР, например, в Узбекистане, есть не меньше романтики, традиций, колорита… Кроме того, снимается проблема языка, но почему-то туда туров я не видел… Есть ли они у тебя?
- Полностью согласен с тобой насчёт романтики и колорита Узбекистана. И более того, из бывших республик СССР как раз Узбекистан является для меня наиболее привлекательным. Я уже не раз планировал проехаться с участниками по нескольким городам Узбекистана.
Но есть причины, из-за которых поездка в эту страну пока откладывается. И причины эти организационного плана. При подготовке программы у меня то и дело возникали некоторые трудности. Не было полных гарантий безопасности и чёткого понимания, что всё будет на уровне. А я не могу ехать туда, где есть хоть малейшие сомнения в благополучном исходе всего предприятия. На этапе организации тура я связался «не с теми людьми», поэтому пока группы в Узбекистан не возил. Бывает. Надеюсь, в ближайшем будущем поездка осуществится.
Вернемся к функции образования. Как это практически выглядит? Ты можешь показать им какие-то умения и навыки в фотографии, но обьясняешь ли ты какие-то «правила жизни», историю, традиции в конкретной стране, конкретном месте? Учишь ли их каким-то словам, если не на местном диалекте, то по-английски хотя бы? Я имею ввиду, что делать стрит-фотографию можно на любом восточном рынке или западной улице, но, на мой взгляд, это может быть достаточно для формы, но недостаточно для содержания…
- Если говорить коротко, то по прибытию на место пару дней я провожу вводные занятия. Каждая страна уникальна, поэтому естественно, если я уже был в этой стране, я показываю отснятый мной материал. Всегда готовлю подборку признанных мастеров о конкретной стране — на свой вкус. Мне интересно, чтобы включенные в нее авторы не были уроженцами этой страны. Ну и, конечно, в сравнении мы просматриваем и обсуждаем работы местных фотографов. Дальше мы перемещаемся, ведем съемки в разных местах.
Цвет, свет, фактура, ситуации — вместе мы отрабатываем различные методики. Работаем индивидуально и коллективно. Вечерами отбираем и обсуждаем снимки. И каждый день, с утра до вечера, мы беседуем о фотографии: о художественных аспектах, об авторском видении, о психологических нюансах съёмки других людей и так далее. В конце тура у каждого участника есть своя уникальная фотосерия.
Перед каждой поездкой я запасаюсь информацией о месте проведения фототура, черпая информацию в Интернете, книгах, собственном опыте. Общаюсь с людьми, которые раньше бывали в этом конкретном месте. Случается, что со мной ездят люди, посещавшие страну фототура чаще меня и знающие её лучше. Но это не страшно — я же не гид, у меня другая работа. Иногда присутствие гида может быть интересным. Например, в 2013 году я провожу несколько учебно-познавательных программ совместно с Мариной Билаловой Гэбриэл – профессиональным гидом, специалистом по активному туризму из Испании. Она заводная, харизматичная, настоящий знаток Танзании, Марокко и Южной Испании— тех мест, где мы с ней планируем провести совместные фототуры.
Что же касается знаний о стране, о том, учу ли я людей языку — языком мы в фототурах не занимаемся. Я всегда могу выполнить функции переводчика, если кому-то потребуется помощь в коммуникациях с местными. Но я не сторонник внедрения слов «здравствуйте» и «спасибо» из языка страны пребывания в свой английский. Если не владеешь местным языком хотя бы на уровне бытового общения, то и нечего выпендриваться своими познаниями отдельных слов. Говори просто — на английском.
Надя Тупова. Одна из последних жителей д.Айполово на месте священных хантыйских обрядов. Томская область. Россия. 2009г. Проект «Васюганье».
Я так понимаю, что во время поездки курить можно, а выпить?
Расскажу об одном случае, приключившемся в Индии. Однажды, приехав из Мумбаи в Гоа и разместившись в отеле, я просматривал работы одной из участниц поездки. В это время перед окном появился праздно шатающийся член группы лет сорока пяти. Ростом под два метра и весом почти полтора центнера. Сказал, что собирается в местный бар выпить немного горячительного и посмотреть какой-то концерт. Всего через 15 минут наш товарищ прошагал мимо окна в обратном направлении. Я удивился и спросил: «Что интересного было в баре?». Он ответил: «Ничего особенного: водка невкусная, выпил много — и ни в одном глазу».
Сказав это, он направился в номер. Каково же было моё изумление, когда через пару минут я увидел его не где-нибудь, а на козырьке входа в отель. Человек ползал по нему, как примат, свешивая голову вниз, бормоча что-то нечленораздельное и пугая постояльцев отеля, проходивших внизу по дорожке. Как только они испуганно поднимали голову вверх, он прятался. Затем, по тому же сценарию, последовала попытка поиграть в прятки с охранником отеля. Мне пришлось идти в номер, выйти через балкон к нему на козырек и проводить коллегу в номер.
Наутро я спросил его: «Что вчера случилось?». Человек извинился и сказал, что так из него выходил Мумбаи.
Таджикская девочка. Семьи трудовых мигрантов из Средней Азии часто (из-за приемлемых цен), снимают квартиры в ветхих домах в деревянных кварталах города. Томск. Россия. 2008г.
Если участники платят за фототур, в том числе и за твою работу, всегда ли ты получаешь удовлетворение от выполненной работы как руководителя группы и всегда ли тебе удается снимать самому в этой связи?
- Во время фототуров я получаю удовлетворение от образовательного процесса, от получения новых знаний, от впечатлений, от общения с людьми. Иначе я бы этим просто не занимался. Мне, видимо, везёт на интересных людей, которые со мной ездят. Это представители разных профессий, разных возрастов, многого добившиеся в жизни, у них всегда есть что почерпнуть в житейском плане. Это колоссальный опыт, масса информации, всегда положительные эмоции. Каждый фототур — это взаимообогащающий процесс. Но наибольшая радость — достойные работы участников в результате. Тогда я действительно понимаю, что время потрачено не зря.
Что касается меня самого, то в большинстве случаев снимать не удаётся. Точнее, отснятого материала всегда много, но результатом этих работ я, как правило, недоволен. Во время съёмочного процесса в фототуре основное внимание уделяется участникам группы. Для себя я привык снимать в других условиях. Фотография для меня — это процесс сугубо интимный, связанный с погружением в творческий транс. А во время фототура передо мной стоят другие задачи. Есть желание поснимать в конкретном месте что-то для себя — никто не запрещает приехать до фототура или остаться после, проводив группу.
Я знаю, что такого рода туры практикуют профессиональные фотографы и фотожурналисты. Например Саша Тягны-Рядно, Сергей Максимишин. Чем отличаются твои туры? Только индивидуальностью руководителя тура или есть какие-то еще принципиальные отличия?
У меня есть собственная классификация всех предложений по фототурам, которые сейчас существуют:
Первый тип туров – те, что проводятся руководителем, который называет себя гидом-фотографом. Он не фотограф по сути. Скорее всего, никогда не работал на фотографической ниве. Но, являясь большим любителем фотографии и знатоком какой- либо страны, возит туда людей. Как правило, в таких поездках упор делается на пейзажную фотографию, участникам группы показывают точки, откуда закат получается наиболее эффектным.
Второй тип фототуров — это те поездки, в которых задействованы профессиональные преподаватели. Они не обязательно должны быть фотографами. Но, имея большой опыт преподавательской деятельности в разных фотографических жанрах, успешно набирают фототуры. Здесь, в основном, пестуется классическая фотография во всех её проявлениях.
И третий тип, к которому я и себя отношу, это фототуры — мастер-классы от профессиональных фотографов. Это руководители групп, для которых первична фотография, а не преподавательская деятельность. Те фотографы, что проводят свои выездные мастер-классы: и Александр Тягны-Рядно, и Сергей Максимишин, и Игорь Мухин — это, несомненно, мастера со своим индивидуальным почерком, с большим фотографическим багажом.
Не думаю, что это этично — подробно комментировать мастер-классы перечисленных авторов. Тем более, что я сам ни разу с ними не ездил. Я лишь попробую сформулировать свой собственный взгляд на вещи. Я, в большинстве случаев, не навязываю свою точку зрения. Мне импонирует полная свобода действия участников при наличии информации. Мои функции — это помощь, направление, творческая мотивация при отсутствии преподавательского авторитаризма.
Сортавала. Карелия. Россия. 2007г.
Главная задача — приблизиться к пониманию всех возможностей, которые существуют в современной стрит-фотографии, и понять, какой формат наиболее подходит человеку. Стрит-фотография очень тесно взаимосвязана с психологией личности. Кто-то предпочитает абстрактные формы, кто-то — классические. Кто-то не может тесно контактировать с незнакомым человеком и работает со средними и общими планами, имеет дело с пространственной фотографией. А другому, наоборот, подавай выхваченные крупным планом портреты людей, эмоции. Кто-то любит черно-белую фотографию, кто-то в цвете снимает. У меня есть свое видение фотографии. Хотите — принимайте его, хотите — нет. Но это не значит, что тот снимок, который мне не свойственен, я не пойму, не приму и сразу выброшу на помойку. Нет. Такого жесткого регламента у нас не существует.
Не секрет, что «фотообразование» для некоторых опытных и профессиональных фотографов стало одной из статей дохода в условиях кризиса как фотожурналистики, так и фотографии в целом. Не кажется ли тебе несколько странным воспитывать конкурентов на рынке, на котором нет необходимого спроса?
- Создаю ли я себе конкурентов? Я не работаю на ниве фотожурналистики, я пробовал себя как фотожурналист: это не совсем моя стихия. Максимишин, например, работает больше с продвинутыми фотографами, людьми, которые хотят «зазвучать» в СМИ. Мои клиенты не фотожурналисты, более того, я и фотографов, которые только что взяли камеры в руки, пытаюсь оградить от занятия фотографией как ремеслом. Полностью уповать на то, что можно жить за счёт фотографии, когда в профессии не платят адекватные деньги и когда фотография находится в кризисе, — это абсурд. Хотя в моих фототурах встречаются и профессиональные фотографы. Но большинство — азартные новички или продвинутые фотолюбители. Кто-то снимает ради своего удовольствия. Но я особенно рад, что у некоторых моих клиентов уже были офф-лайн выставки. Кто-то начал продаваться в фотобанках.
Были случаи, когда работы участников фототуров покупались «под развеску» ресторанами и кафе. Некоторые люди стали постепенно снимать на заказ. А один участник, проникнувшись фотографией и будучи психологом по образованию, осваивает новую нишу для России — фототерапевтические туры. Среди моих клиентов нет тех, которые своими фотодостижениями хотят покорить мир. Для них фотография — хобби, ну и иногда дополнительный источник заработка (смеется).
Мой личный опыт общения на фотосеминарах говорит о том, что у средне- статистического фотолюбителя есть два «основных инстинкта», причем одно следует за другим: хочется быть популярным (например, в блогосфере) и хочется зарабатывать деньги (например, в масс-медиа). Удовлетворяешь ли ты эти желания?
- Как я уже сказал, в моих планах не значится воспитывать фотожурналистов, работающих в масс-медиа. Я за индивидуальное восприятие мира посредством камеры, а мир у каждого свой, это личное творчество. Но снимки участников часто демонстрируются на выставках, в фотокнигах, на собственных страницах в социальных сетях. Таким образом, я удовлетворяю людей по части первого инстинкта – быть популярным. Участники выкладывают свои работы в интернете. Они получают положительную реакцию от зрителей, их там хвалят, им это приятно, им это льстит.
С 2013 года мы набираем группы в фототуры на площадке Liberty.SU– лучшие работы будут публиковаться в М-журнале, будет проходить конкурс. А значит, одной демонстрационной площадкой будет больше.
Набережная реки Ушайка. Томск. Россия. 2008г.
Я знаю, что ты родился в Томске, но что случилось с тобой дальше?
- У меня с детства была какая-то непреодолимая тяга к познанию других культур. Может быть, из-за того, что я родился далеко от мировых центров. Может быть, потому что мне отец привил интерес к географии.
Помню, уже в раннем детстве я зачитал до дыр произведения Жюля Верна, Мирослава Стингла, Жак-Ива Кусто, Редьярда Киплинга. Я знал столицы, наверное, всех государств мира. У меня даже была своя выдуманная страна. Я чертил ее на бумаге, назвал города, провинции, территории, придумал, где она будет. Велась статистика по населению, экономике, сельскому хозяйству и так далее. Представляешь, будучи ребёнком, я управлял страной.
Раньше мне казалось, что я родился не там. Поэтому у меня достаточно рано, еще в юношестве, сформировались эмигрантские настроения. Возможно, и на факультет иностранных языков я поступил по этим причинам. Я всё время хотел какую-то глобальную профессию, связанную с перемещениями. Думал о дипломатической карьере, какое-то время хотел стать музыкантом или путешественником.
Фотографией я начал заниматься достаточно поздно, будучи студентом последних курсов университета. Начинал снимать, как все, наверное, своих друзей, знакомых, жену… В то время всегда сам проявлял и печатал. Снимал повседневную реальность, работая техническим переводчиком в нефтегазовой сфере в конце девяностых. Но переводческий труд был всегда несколько рутинным для меня. И однажды я всё-таки превратил своё хобби в профессию. Случилось это уже в Москве, где я осел в 2000 году.
На удивление, я с первого звонка нашел работу фотографа и сразу окунулся в разные жанры фотографии, попробовал почти всё. Снимал в студиях, занимался портретной фотографией, снимал рекламу и свадьбы. На протяжении многих лет работал в Музее Кусково. Пробовал себя в фотожурналистике. Но, наверное, одна из главных вех в моей жизни началась в 2004 году, когда меня пригласило издательство «Бурда» поработать в их трэвел сегменте. Оглядываясь назад, я им во многом благодарен. Несмотря на то, что мне приходилось заниматься не всегда свойственной мне фотографией (часто редакции требовался этакий «лубок», яркие, броские снимки, несущие притворную радость бытия), у меня в командировках всегда было время поснимать что-то для себя.
После Бурды стал получать трэвел-заказы от других изданий, начались поездки, то, чего я и хотел, – «жизнь на чемоданах». В это время я как раз и увлёкся документальной стрит-фотографией, впоследствии начал делать собственные документальные проекты, познакомился со многими интересными авторами.
Парабель. Томская область. Россия. 2008г. Проект «Васюганье».
Ты прожил достаточно долго в Москве и вполне себе осмысленно уехал из этого города, с чем это связано?
- Дело в том, что я никогда не стремился жить в Москве, а оказался там тогда, когда собирался уезжать из страны. По разным обстоятельствам уехать не получилось, ну и так сложилось, что начал заниматься фотографией. Но в данный момент я не вижу для себя интересной работы в Москве. Снимать лишь бы что, просто ради денег — сейчас я на такое не согласен… Для преподавания в фототурах не имеет значения место жительства, а Москву я никогда не считал идеальным местом для жизни в плане душевного и бытового комфорта. В общем, мог оказаться и в Ванкувере, и в Лондоне, куда приглашали друзья, но пока выбрал Томск.
Здесь я родился и вырос, здесь у меня родители и много друзей. Здесь комфортно в человеческом плане, красивая архитектура, меньшие расстояния. Город студентов, город вечной любви и молодости, куда всегда приятно возвращаться. Одним словом, пока здесь хочется жить и, как бы пафосно это ни прозвучало, что-то сделать для города. Есть также и несколько творческих замыслов и проектов, как в Томске, так и в других сибирских уголках.
Есть мнение, что лучшие фотографы уже давно живут в Москве, считаешь ли ты такое априори неверным?
- Почему же неверным? Всё верно. Только с оговоркой, что многие из лучших российских фотографов родились не в Москве. Так складывается не только в России, но и во всём мире: мегаполисы являются центром притяжения для людей творческих специальностей и не только. Это личное дело каждого, где базироваться. Я не знаю, например, почему много снимающие провинцию Алексей Мякишев и Алексей Голубцов живут, соответственно, не в Вятке и Кургане, откуда они родом. Это выбор каждого, и я не собираюсь здесь поучать кого-то.
Другое дело, что это нездорово, когда в такой большой стране такая дикая централизация. Но это тема для отдельного разговора…
Сергей Медведчиков
Freelance фотограф, путешественник, переводчик.
Родился в Томске. Фотографирует профессионально с 2000 года. С 2004 по 2010 год сотрудничал с рядом изданий как travel-фотограф, снимая сюжеты в разных уголках России и других странах. Посетил более тридцати стран мира. Публиковался в изданиях ИД «Коммерсант» и «Burda», журналах «Русский репортёр», «Foto-travel», «Russian Zoom», «GEO» и др. Участник нескольких персональных и коллективных выставок. С 2001-2012 - фотограф «Государственного Музея керамики и «Усадьба Кусково XVIII века». Член Союза фотохудожников России. Преподаёт в Академии Классической Фотографии и фото-школе «Zoom». Ведущий курса «Travel – фотография». Сотрудничает с издательским домом «MediaPub». Организатор выездных фотографических мастер-классов.
С 2004 года по настоящее время работает над собственными документальными проектами.
Сотрудничает с Фондом поддержки документальной фотографии на территории бывшего СССР Liberty/Documentary photography network.
В качестве фотографа и визуального антрополога участвует в SOAS ELDP Major documentation project 2012-2015 (UK)/ Документация южно-селькупских и восточно-хантыйских исчезающих языков и культур.
Интервью в рамках образовательной программы Фонда Liberty.SU: Олег Климов
Фотографии и ответы: Сергей Медведчиков