Национальный вопрос в Томске: как поддерживать общегражданский мир в отдельно взятой местности

Недавно многие мои знакомые, включая и меня, зачитывались чудесной книгой Наринэ Абгарян «Манюня». Очень душевная, смешная история о двух советских девочках – Маше и Наринэ, живущих в периферийном армянском городке где-то в начале 80-х.

Незатейливые радости и печали детского бытия вызывают чувство острой ностальгии у каждого читающего, которому больше 30-ти. И немалая часть этой ностальгии связана с почти забытым, тоже детским, ощущением мира, в котором «все люди – братья». А национальность им нужна только для того, чтобы можно было обмениваться рецептами разных кухонь, делать сборники народных сказок и привозить друг другу оригинальные сувениры. Но мы выросли, Советский Союз распался, и этот мир закончился.

Иллюстрация к книге "Манюня", художник - Елена Станикова

Глобализация вместо интернационала

На чем стоял идеальный натюрморт с армянским коньяком, грузинским вином, молдавскими яблоками и венгерским горошком? На идее «интернационала», когда все нации дружили и сотрудничали против общего врага – эксплуататора, империалиста и националиста.

Иллюстрация к книге "Манюня", художник - Елена Станикова

Окончание дружбы из-под палки подарило свободу друг от друга, и – что вполне логично – усилило позиции врага. В частности, националиста. Потому что новую работающую формулу «свободы-равенства-братства» между народами в отдельно взятом суверенном государстве или не придумали, или придумали, но не очень удачно. А в роли объединительного рычага начала выступать глобализация – но основанная исключительно на экономических, а не идеологических посылах.

Советская открытка - образец наглядной агитации за мир и дружбу между народами

Сегодня антиглобалисты пытаются развернуть новый Интернационал – тот, который спасет нации и от вражды, и от победы мирового зла в лице корпораций. А для политиков (государственников) всего мира актуален вопрос: как должна выглядеть работающая национальная идея, чтобы протиснуться между двумя крайностями - национал-патриотизмом и доведенной до абсурда политкорректной толерантностью.

Городская жизнь
Традиционно, большое количество переселенцев притягивают мегаполисы, и, казалось бы, вопросы интеграции мигрантов – это в первую очередь, их проблема. Москва, Париж, Лондон, Берлин – практически для всех столиц и крупных городов Европы она актуальна. Но в группу риска могут попасть и города гораздо меньшего масштаба – в силу специфических особенностей, таких например, как роль перевалочного пункта, транспортного узла или же – университетского и научного центра, такого, как Томск.

С одной стороны, публика, которая приезжает на заработки и приезжает учиться – это в массе своей, принципиально разные люди. Даже переходя из разряда студентов в разряд соискателей рабочего места, выпускники вузов остаются специалистами с высокой квалификацией, многие сами создают новые рабочие места. Это мини-инвесторы, который вкладываются в экономику города сегодня, и будут делать это завтра.

Еще один открыточный образец агитации

С другой – профилактика ксенофобии необходима даже в самом приличном обществе.

И если говорить о Томске, то если планы томских властей по привлечению все большего количества иностранных студентов в Томск и доведению их количества до 40% в общей массе реализуются, это автоматически потребует и более чуткого отношения к вопросу обеспечения спокойной обстановки в регионе.

В середине января в Томске Координационным советом при губернаторе Томской области по межнациональным отношениям было инициировано обсуждение проекта региональной программы «Общегражданский мир и межэтническая толерантность в Томской области на 2012-2014 годы». Дополнительно подогрело тему, естественно, и выступление премьера на тему нацполитики в «Независимой газете».

Региональная программа, по большому счету, содержит весь необходимый набор идей и средств, начиная от интернационализма, как идейной платформы «для политической деятельности, направленной на объединение общества, на формирование гражданской нации, способной сохранить внутреннее единство», и заканчивая разработкой методов «культурной адаптации мигрантов». Тот срок – 3 года – на которые она разрабатывается, безусловно, позволит лишь начать всю описанную работу, и потребует принятия последующей программы. Второй момент – для ее действительно реализации потребуется и наличие такой же программы действий, только уже федерального уровня, иначе все попытки создать толерантное сообщество в отдельно взятой местности рано или поздно налетят на вышестоящие «рогатки».

Студенты ТГУ обняли свой вуз, 2011 г.

Принята ли будет федеральная программа? Вероятно, да, вопрос только в том, какие приоритеты она расставит, и какие границы дозволенного определит. В вопросе межэтнического взаимодействия, где с одной стороны находится безусловное мерило Уголовного Кодекса, а с другой – вседозволенность, провести четкую черту, разграничивающую «можно» и «нельзя», основанные на этике и толерантности, все сложнее.

Если смотреть на опыт других стран, то наиболее удачно удалось это разграничение Соединенным Штатам, переваривающим и усредняющим в своем котле всех мигрантов, неплохо обстоят дела в Голландии и Дании. По-другому дело обстоит во Франции и Германии, где толерантность начала становится синонимом вседозволенности и приобрела явно негативный оттенок.

Марсельские полицейские наблюдают за соблюдением порядка возле жд вокзала

В России, если оценивать ситуацию честно, все на самом деле, обстоит не так уж плохо – в чем-то наша модель оказалась похожа именно на американскую. Вопрос в том, как она будет развиваться дальше.

Василий Зиновьев, декан Исторического факультета ТГУ:
- Никаких хитрых рецептов в решении национального вопроса в России нет. Все нужно решать простыми прагматичными мерами. От других национальностей мы должны брать столько, сколько можем переварить, ассимилировать, тогда это не будет вызывать никаких трений. А если мы принимаем больше, то нужны уже другие меры: пропаганда межнациональных отношений, того же интернационализма, о котором все сегодня забыли. Нужна очень хорошая планомерная воспитательная, агитационная работа. Например, в США, для того чтобы снизить накал в отношениях между представителями разных наций, был создан огромный аппарат, проводились усиленные меры по снижению межнациональной вражды.

Сами собой противоречия не сгладятся, нужно работать над этим, а у нас даже нет хороших специалистов — этнографов, антропологов, которые могли бы заниматься этим. Причем, нужно заниматься этим сейчас, а то когда грянет гром, государство в очередной раз будет чесать затылок: как так получилось?

Это все касается и Томска. Если мы не создадим здесь благоприятную, комфортную атмосферу для иностранных студентов из Китая, Вьетнама и т. д., то мы никогда не получим пресловутых федеральных денег и никогда не станем мировым научным центром. Нужно вести долгую, кропотливую воспитательную работу, рассказывать больше позитивного и не актуализировать негатив. В Томске есть проблемы, и в общежитиях, где живут иностранные студенты, напряженность-то растет, это чувствуется. Мы пытаемся решать этот вопрос самостоятельно, но точечными мерами это сделать не удастся.

Олег Ким, председатель Томской автономии корейцев:
- Проблема в том, что у нас в стране никто не занимается национальным вопросом — нет такой структуры. А то, что определенные напряги есть, и определенные структуры стараются слить их на национальные конфликты — это очевидно. Нужна единая государственная национальная политика и конкретный орган, который будет этим заниматься.

Чтобы предотвратить возможные конфликты на национальной почве, в первую очередь, нужна большая разъяснительная, агитационная работа. И начинать объяснять, что люди другой национальности вовсе не хуже нас, нужно уже с детских лет.

Олег Кириенко, председатель правления Томской городской национально-культурной автономии грузин:
- Областной и городской бюджет должны выделять больше денег для того, чтобы молодежь разных национальностей больше общалась, причем в неформальной обстановке: устраивать футбольные матчи, концерты, какие-то еще мероприятия. Когда у человека появляются знакомые и даже друзья другой национальности, из другой диаспоры, то ты уже никогда не будешь цепляться к ним именно на национальной почве. В таком случае, если конфликт все-таки появится, может даже не на национальной почве, то его будет уже проще погасить. К сожалению, сейчас власть не уделяет много внимания этому вопросу, проводит мероприятия больше декларативного характера, «для галочки», да и средств выделяется мало.

Борис Ромацкий, председатель томской еврейской общины:
- Недавно по телевизору была передача, которую ведет Малахов. Так вот там одна женщина сказала: вспомните, 20-30 лет назад у нас в стране не было такого: ты — чеченец, а ты — еврей. А сейчас эти понятия существуют и внимание на них очень акцентируется. Я считаю, что в России сейчас нужно не акцентировать внимание на плохом, а больше говорить о хорошем — что хорошего есть в каждой национальной культуре, что полезного они могут дать другим, что нужно дружить, а не враждовать. Ведь все человечество произошло от Адама и Евы, значит мы все по сути одинаковы и равны, независимо от того, к какой национальности принадлежим. И в Томске нужно больше рассказывать, писать о тех национальных общинах, сообществах которые есть у нас, причем не в негативном ключе, а позитивном. И представителям самих общин нужно вести себя соответственно, не распространять негатив.

В ноябре прошлого года Фонд Общественное мнение провел опрос респондентов в 43 регионах РФ - вернуть ли графу национальность в российский паспорт? Положительно на этот вопрос ответили лишь 26% опрошенных, причем часть из них руководствовалась не негативными посылами из разряда "вычислить всех понаехавших тут", а гордостью за свою принадлежность к тому или иному этносу. Безразлично к этому вопросу отнеслись 48%, отрицательно - 14%, еще 12% затруднились ответить.

Графика: Фонд Общественное мнение

Текст: Елена Фаткулина

Материал подготовили: Анна Жидкая, Всеволод Мацковский

Фото: Елена Фаткулина, Екатерина Даниленко